Первое обрывочное.
Мне показалось, что, несмотря на какое-то подспудное "а вдруг? а если провокация?", люди на площади все равно были... человечные, пожалуй. Извинялись, если толкнут нечаянно. В метро не извиняются. И перемещаться в толпе было на удивление легко, все вежливо расступались, пропускали. И это такие мелкие частности, за которыми стояла та общая, мать ее, интеллигентность, которая, видимо, не всем позволяла во всю глотку выкрикивать лозунги. Было у меня ощущение, что аплодировать этой публике привычнее, чем орать и махать руками. Ну, кроме нацистов, конечно.
Видела, как человек в маске и капюшоне сорвал красный флаг с древка у какого-то, кажется, коммуниста. Скомкал флаг в кулаке, растопырился весь - мол, давай на меня. Обиженный с пустым древком отшатнулся. Мы были очень рядом, и мне впервые стало жутковато. Но вокруг быстро сомкнулась толпа, и никакой драки не стало. Никто никого не бил, просто все остановилось и прекратилось.